Имя Дмитрия Дмитриевича Яблокова – известного учёного, врача, создателя томской школы терапевтов, прозвучало на встрече, состоявшейся на Феодосиевском приходе в декабре 2025 года.
Она была посвящена жизни сестёр Иоанно-Предтеченского монастыря после его закрытия. Настоятель Свято-Феодосиевского храма иерей Евгений Маслич представил прихожанам и гостям лекцию-беседу «Монашество без стен и одежды»: как выживали и спасали церковные приходы томские инокини в 1920-1930-е годы».
Одним из томичей, помогавших выживать бывшим насельницам женской обители – по сути, изгоям советского общества, был академик Яблоков. Он не только давал им работу в своём доме, но, вероятно, и общался с сёстрами как с близкими по духу людьми.
Об этом, сотрудничая в проекте «Женский монастырь в Томске: погружение в реальность», впервые, ещё в 2023-м, мы с отцом Евгением узнали от Татьяны Денисовны Денисовой, в течение восьми лет проживавшей вместе с пожилой насельницей обители Ириной Андреевной Голозубовой.
В 1970-е годы, тогда студентка ТПИ, Татьяна Денисова по рекомендации своей крёстной, близкой знакомой сестры Ирины, ухаживала за ней до самой её кончины в 1982 году. Тогда же Татьяна и узнала, что Ирина Андреевна работала у Д.Д. Яблокова.
– Один раз в воскресенье, – вспоминала Татьяна Денисовна, – пришёл мужчина, спросил Ирину Андреевну. Я его проводила (к ней). (После) она мне сказала: «Это – Яблоков Дмитрий Дмитриевич. А я была у него экономкой». Потом Дмитрий Дмитриевич при мне ещё раз пришёл, но уже лет, наверное, через пять. Ирина Андреевна почти уже не вставала, она года три не вставала. И он сказал, что она, наверное, скоро умрёт: «Вы мне сообщите». Дал адрес. Жил он напротив Верхнего гастронома, там, где Музей «Следственная тюрьма НКВД». И когда она умерла, я собрала все фотографии, поэтому у меня ничего и не осталось, кроме той, что висела на стене. Все фотографии я отдала Яблокову. У неё не так много было – в основном, (фото) священников. Когда я пришла (к Яблокову), открыла, видимо, домработница. Сказала, что Дмитрий Дмитриевич болен, не принимает. Я фотографии отдала, сказала, что Ирина Андреевна умерла.
Эти неожиданные воспоминания о высоком госте, навещавшем пожилую инокиню, общее отношение Дмитрия Дмитриевича к пациентам, о котором было многое известно, да и другие моменты в общении с Татьяной Денисовной подсказывали, что академик был верующим человеком. Ведь не кому-то, а именно Дмитрию Дмитриевичу Ирина Андреевна завещала передать свой скромный архив.
На встрече в бывшей трапезной монастыря отец Евгений привёл и ещё один факт того, что Яблоков устраивал к себе на работу именно монашествующих сестёр, которым неимоверно трудно было выживать в безбожное советское время.
Лишённые за веру избирательных прав, некоторые из них получали пропитание и крышу над головой, устраиваясь к состоятельным горожанам. Вот и послушница Мария Сергеева в 1929 году трудилась у академика Яблокова домработницей.
Справка, выданная Д.Д. Яблоковым послушнице Марии Сергеевой в 1929 г.
Об этом свидетельствует справка от нанимателя, найденная в документах Марии Сергеевны о восстановлении в избирательных правах. Наниматель – Д.Д. Яблоков отмечал в сохранившемся документе, что М.С. Сергеева «зарекомендовала себя в высшей степени добросовестным, исполнительным и аккуратным работником».
После лекции, когда слушатели благодарили ведущего и длились впечатлениями, одна из них с волнением заметила, что с кафедры факультетской терапии в СибГМУ, основанной академиком Яблоковым, началась её врачебная практика. Услышать о Дмитрии Дмитриевиче в связи с историей женского монастыря для Дарьи Севастьяновой (позже мы познакомились) было важно. Тогда мне и самой очень захотелось найти подтверждение догадкам о принадлежности учёного к Православной Церкви.
Выбрать из массы написанного о Яблокове то, что касалось его человеческих качеств, информации о семье, воспоминаний о последних годах его жизни помогли сотрудники областной библиотеки им. А.С. Пушкина.
Был крещён в раннем детстве
Дмитрий Дмитриевич Яблоков родился 30 октября 1896 года в Уфе, в семье коллежского советника Дмитрия Фёдоровича Яблокова. Его дед по отцу был дьяконом. Отец окончил Казанскую духовную академию со степенью кандидата богословия, преподавал сначала в Челябинском духовном училище русский и духовно-славянский языки. В 1892 году был «перемещен в Уфимское духовное училище учителем по греческому языку». Затем преподавал русский язык в Уфимском епархиальном училище. Скончался в конце октября 1896 года «от удара», судя по документам, за день до рождения младшего сына Дмитрия.
Как и его жена, купеческая дочь Елизавета Михайловна, Дмитрий Фёдорович был «православного вероисповедания». Обоих сыновей родители крестили в раннем детстве. Дмитрия крестили в Александро-Невской церкви Уфы 3 ноября 1896 года. «Таинство крещения совершил протоиерей Михаил Светловзоров с причтом», – отмечалось в метрическом свидетельстве.
После кончины мужа Елизавета Михайловна осталась с двумя малышами на руках. При этом она преподавала словесность в женской гимназии, а позже служила начальницей Уфимского епархиального училища.
Всё тепло своей души Елизавета Михайловна вложила в письмо сыновьям. Оно считается предсмертным, хотя написано в июне 1918 года, а скончалась она, по автобиографии Дмитрия Яблокова, в 1919-м.
«Милые, дорогие, бесценные, ненаглядные мои сыночки Федёшечка и Митюшечка! – обращалась мать к детям. – Шлю я Вам мои неоценимые сокровища, мое последнее горячее, от всего сердца материнское благословение… Будьте, мои родные, всегда такими же честными, благородными, чистыми душой, какими Вы были до сего времени! Да хранит Вас Господь и Царица небесная, которой Я вручила Вас!.. Да хранит и руководит Вашей жизнью милосердный, вседержавный Бог».
Уже эти материнские строки говорят о том, что Дмитрий с братом Фёдором выросли в семье глубоко верующих людей. Хотя в советские годы, занимая видное положение в медицине и обществе, обладая многими государственными наградами, Дмитрий Дмитриевич вынужден был скрывать своё вероисповедание. Даже в автобиографии, составленной в 1971-м, он не упоминает об учёбе в Уфимской духовной семинарии, которую окончил в 1916 году. По всем предметам, кроме церковного пения, у воспитанника семинарии Яблокова Димитрия в аттестате стояли отличные оценки.
Аттестат воспитанника Уфимской духовной семинария Димитрия Яблокова. 1916 год
С детства мечтая стать врачом, Дмитрий Дмитриевич обучался профессии сначала в Перми, затем служил фельдшером в армии, после чего в 1920-1923 годах учился на медицинском факультете Томского университета.
С этого времени более семи десятилетий он жил и работал в Томске, окончив земной путь на 97-м году жизни.
Был готов помочь любому человеку
Выдающийся врач-клиницист, учёный, педагог, заслуженный деятель науки РСФСР, лауреат государственных премий, Герой Социалистического труда, академик РАМН, депутат Верховного Совета РСФСР, почётный гражданин Томска, – обо всём этом и многом другом неоднократно упоминается в различных биографических и медицинских источниках.
Между тем среди качеств, характерных для Дмитрия Дмитриевича как для профессионала, неизменно отмечались его доброта и чуткое отношение к пациентам, что способствовало положительным результатам лечения лёгочных и других заболеваний.
«Весьма продуктивным учёным», талантливым оратором, эрудированным и высокопорядочным человеком называл Д.Д. Яблокова его ученик академик Р.С. Карпов, подтверждая, что, прежде всего, их учитель был доктором, готовым «всегда помочь любому человеку».
Вот только один яркий факт из практики общения Дмитрия Дмитриевича с пациентом, о котором вспомнила в нашей переписке Д.С. Севастьянова. Об этом ей рассказала коллега Яблокова Н.Н. Колина, наблюдавшая, как доктор «становился на колени перед кроватью пациента, чтобы пальпировать живот».
«Так, действительно, очень удобно», – пишет терапевт.
Вряд ли обычный «светский» врач настолько снизошёл бы до больного. Но для верующего христианина это вполне естественно.
Доктор Яблоков со студентами во время врачебного обхода
Лишь в 1990-е, когда в нашей стране стало возможным говорить о Боге и религии, в публикациях о Яблокове начали появляться слова о его православном вероисповедании.
Так, в материале к 100-летию доктора Ростислав Карпов отметил, что «Дмитрий Дмитриевич никогда не обсуждал с нами вопросы религии. Только как-то в последние годы жизни, в откровенном разговоре…, он сказал: «Ростислав Сергеевич, я глубоко верующий человек!».
Видимо, эти слова прозвучали и на открытии в 1996 году на Бахтине памятника Д.Д. Яблокову. Поэтому в небольшой заметке о событии в одной из томских газет появился заголовок: «Всю жизнь он был глубоко верующим человеком».
Открытие памятника Д.Д. Яблокову на городском кладбище. 1996 год
Из неё же узнаём, что освятил памятник благочинный Томской епархии протоиерей Леонид Хараим. На кладбище звучали тогда церковные песнопения…
И ещё из воспоминаний ученика Д.Д. Яблокова академика Р.С. Карпова: «Дмитрий Дмитриевич считал: «Бога следует искать в себе!» И он искал и всей своей жизнью доказал, что искал и… находил».
Так история томской женской обители продолжает открывать нам неизвестные страницы и новые имена.
Ирина Киселёва
Источники:
- Жизнь замечательных ученых города Томска. – Томск: Издательство НТЛ, 2020.
- Б.А. Павлов, В.Ф. Павлова. М.Г. Курлов и Д.Д. Яблоков (К 100-летию со дня рождения Д.Д. Яблокова). Москва, 1996.
- Сибирский медицинский журнал. – 1996, №2.
- Томский вестник. – 1996, 18 июня.
- Томский вестник. – 1996, 13 ноября.